Как вы, вероятно, знаете, мы уже почти четверть века обучаем лидеров по всему миру тому, как руководить и управлять показателями безопасности. Чего вы, возможно, не знаете, так это того, что почти столько же времени мы также обучаем последователей тому, как распознавать то, что может им навредить.
Другое название — распознавание опасности.
Все началось с одного из наших первых клиентов, который перезвонил нам после занятия по лидерству в области безопасности: «Вы проделали большую работу, мотивируя наших лидеров. Теперь они все воодушевлены и спотыкаются об опасности. Вы можете нам помочь?»
Опасности — это альфа и омега промышленной безопасности. Если бы не опасности, не было бы необходимости в безопасности. Тогда каждый мог бы посвятить все свое внимание производству продукта, предоставлению услуг и поддержанию удовлетворенности клиентов и владельцев. Хорошая мысль, но опасности неизбежны, и когда кто-то получает травму, всегда можно найти опасность.
Наша помощь приходит в виде курса под названием Осознание того, что может навредить Нас. Это маленькое слово в конце – Нас – приобретает в этом процессе угрожающие размеры.
Независимо от аудитории, наш подход к обучению кого угодно чему угодно в основе своей одинаков: практические инструменты, метод Сократа, тематические исследования и практические упражнения. Если кто-то не понимает, что он делает, и не может сделать это в безопасном пространстве класса, удачи в реальном мире операций.
Кстати, вы только что прочитали стандарт, по которому оценивается любой учебный курс.
Мне нравится думать об участниках занятий как о студентах: людях с серьезным интересом к предмету. Для любого, кто зарабатывает на жизнь, — неважно, чем он зарабатывает на жизнь, — нет более важного предмета, к которому нужно проявлять серьезный интерес, чем то, что может причинить ему вред. Если вы в этом сомневаетесь, спросите кого-нибудь, чья жизнь изменилась из-за травмы на рабочем месте. Они объяснят все, что вам нужно понять.
Вот в чем суть безопасности.
Сравните класс, заполненный лидерами, обучающимися управлению показателями безопасности, с комнатой последователей, обучающихся распознаванию того, что может причинить им вред, общие элементы очевидны. Одна вещь будет разительно отличаться, и это не то, что вы думаете. Поначалу все, кто приходит на обучение по безопасности, настроены скептически; кто может их винить? Это обучение класс; предмет - безопасность; вы можете написать слово «скучно»? Важно понять, что происходит дальше.
В то время как лидеры и их последователи все получают пользу от обучения, лидеры на самом деле хотят помощи. Последователи обычно придерживаются мнения: «Я прекрасно знаю, как распознать, что может навредить меня. Это все остальные ничего не понимают.
И это не так мой проблема."
Это большая проблема. Если ты их лидер, это твоя проблема.
Критики критикуют
Читайте отчеты о травмах, и понятно, как лидер мог бы сделать вывод: «Моим последователям нужна помощь в осознании того, что может им навредить». Вред был нанесен опасностью; вред не был преднамеренным; отсутствие осознания должно было быть частью проблемы. Разумный вывод, но он поднимает вопрос о том, что на самом деле означает осознание опасности: никогда не предвидел ее приближения — или что-то еще?
Наш курс — это не теоретический курс. Мы обучаем распознаванию опасностей, используя десятки реальных случаев, многие из которых взяты из работы клиента. Если вы сидели в конце класса на сотнях занятий по распознаванию опасностей, которые мы провели, вы поймете, что проблемы распознавания нет.
С точностью до наоборот: вместе класс последователей покажет вам, что они гении в распознавании опасностей. Неважно, смотрят ли они на знакомые опасности, обнаруженные в их работе, или на совершенно незнакомые, которые мы приносим с собой в качестве практических упражнений. Сила группового наблюдения поразительна; в мгновение ока они начнут указывать на самые незначительные опасности и недостатки — просто взглянув на картинку.
Студентов даже не нужно просить; повесьте фото и уйдите с дороги. Это самое простое, чему я когда-либо учил. Они увидят то, что не видно глазу, например, разочарование, спешку и давление со стороны начальника.
Трудность заключается в том, чтобы заставить последователей быть добрыми к другим: «Помните, что это человек, который пытается выполнить работу и не пострадать при этом. Пожалуйста, не описывайте его как безмозглого идиота».
Или хуже.
Итог: если вы операционально определяете распознавание как «указание на опасность» — часто путем указания пальцем — способность распознавать не является проблемой. Но не думайте, что проблемы нет, или что обучение не нужно как часть решения.
Признание Определено
Когда последователь думает: «Я прекрасно знаю, как распознать опасность», он не ошибается. Если бы распознавание было академическим групповым упражнением, выполняемым в безопасном пространстве класса, все были бы в списке декана. Но по этому предмету финальный экзамен проводится на рабочем месте, в реальной жизни и в реальном времени. Таким образом, лучшее определение распознавания — «идентифицировать а также воспринимать всерьёз».
Именно в этом, а не в поиске виноватых, и заключается суть процесса.
Психолог доктор Дэниел Канеман написал: Думай медленно и быстро описывающие эксперименты, демонстрирующие, как мы, люди, думаем о вещах, примерно эквивалентных опасностям. Я бы подытожил 499 страниц его книги как «не очень хорошо».
Мы люди, а не вулканцы. В отличие от мистера Спока, объективность и логика не являются нашими сильными сторонами. Если бы это было иначе, вы бы не увидели таких вещей на занятиях по распознаванию опасностей:
- Самый ярый критик небезопасного поведения других людей громко высказывает свое мнение… при этом опираясь на обе ноги его стул.
- Обнаружив множество недостатков на полудюжине фотографий, большинство студентов, увидев видео, на котором кто-то пытается сократить путь через зону строительства, проскочив под предупреждающей лентой, а затем упав в яму, наполненную какой-то жидкостью, напоминающей воду, расценивают это как «неспособность распознать опасность».
- Несмотря на всю свою критику, при анонимном опросе коллеги крайне не склонны что-либо говорить человеку, работающему в опасной ситуации.
Если бы Канеман сидел в конце комнаты, слышал и видел это, он бы указал, что все это так предсказуемо. Он сравнил такие вещи с разговорами у кулера и сплетнями. Это еще одна наша фишка.
Я знаю, о чем ты думаешь: расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю.
Распутывая проблему
Применяя совет Чарльза Кеттеринга: «Хорошо определенная проблема — это наполовину решенная проблема», изменение динамики нашего взаимодействия с опасностями, которые могут нанести нам вред, начинается с лучшего понимания проблемы. Дайте людям дисциплина процесса и время наблюдать, последователи отлично умеют определять опасности другие подвергаются воздействию.
Обратите внимание на дисциплину, время и т. д. Необходимо точно сказать людям, что их процесс. Спросите их, как они наблюдают за опасностями, их ответ будет примерно таким: «Распознавание опасностей? Ну и ну. Оглянись вокруг, чувак».
Канеман называет это «быстрым мышлением»: делать что-то, не уделяя этому много внимания. Быстрое мышление — это то, что мы обычно делаем хорошо, но по определению это то, на что мы не тратим свое драгоценное время.
Проблема усугубляется коммуникацией: «отсутствие» — это общепринятый словарь, с помощью которого говорят об опасностях. Поэтому нет лучшего места для начала обучения, чем общее понимание того, что распознавание означает больше, чем идентификация: к опасности нужно относиться серьезно, а не просто указывать на нее.
Не то чтобы мы этого не знали. «Да, это точно гремучая змея. Лучше быть осторожнее с этой тварью!»
Что помогает объяснить видео парня, который ныряет под ленту ограждения, идет по краю ямы и в итоге идет плавать. По иронии судьбы, когда участники класса по распознаванию опасности говорят, что он «не распознал опасность», возможно, они подразумевают: «Да, он распознал опасность, но не воспринял ее всерьез. Иначе он бы не упал».
Определенное и понимаемое таким образом, распознавание опасности на самом деле представляет собой двухэтапный процесс: идентификация а также соответствующее действие. В логике Спока это известно как «необходимое против достаточного».
Не то чтобы этим терминам нужно обучать ваших последователей, но процессу их распознавания следует.
Увидеть что-то…
Наконец, если направить эту естественную склонность людей быть большими критиками других, она станет огромным активом. Так что пусть критики критикуют — громко! Когда Канеман писал: «…гораздо легче распознать минное поле, когда видишь, как другие забредают на него…», я сомневаюсь, что он имел в виду минное поле промышленных опасностей. Но вы можете — и должны.
В этом процессе задача лидера — создать культуру, в которой последователи чувствуют себя обязанными что-то сделать, когда они обнаруживают опасность или значительную проблему. Видите что-то? Скажите что-то; сделайте что-то! Нет большей услуги, которую они могли бы оказать себе и своим коллегам.
Итак, вернемся к тому, с чего мы начали. Можно поспорить, что многие из случаев, когда казалось, что опасность не была идентифицирована, на самом деле были случаями, когда ничего не было сказано, делалось по-другому или то, что было сделано, было далеко не достаточным.
Изменение этой динамики входит в краткий список наиболее важных задач, которые может выполнить лидер.
Пол Балмерт
Май 2025 г.
